Язык мой — враг твой или как нас испортил национальный вопрос

722
Памятник букве Ё в Ульяновске
Памятник букве Ё в Ульяновске. Фото: А. Зинин

Если бы Булгаков жил в наши дни, он бы сказал, что хорошим людям мешает жить не столько квартирный вопрос, сколько национальный. Конфликты на этнической почве постоянно происходят как в России, так и в бывших советских республиках.

Русофобы по периметру

За 30 лет с момента распада Советского Союза бывшие республики-сестры по-разному распорядились тем наследием, которое им от него осталось. В том числе и русским языком. Сегодня он является государственным в нашей стране, а также в Белоруссии и в нескольких квазигосударственных формированиях — в Приднестровской, Донецкой и Луганской республиках, в Южной Осетии и Нагорном Карабахе. В последнем случае русский сделали государственным минувшей весной, до этого в таком статусе был только армянский.

Интересна ситуация в Армении. Тут еще в советское время не удалось сделать русский вторым основным. Поэтому логичным образом после распада СССР ему максимально “закрутили гайки”. Пожалуй, только российские телеканалы, многие из которых популярны в Армении, помогают ее жителям не забыть русский окончательно.

Митинг в Ереване против России в 2018 году. Фото avrasiya.info

Кстати, неплохо себя чувствует русский в Азербайджане. Хотя наш язык не имеет тут государственного статуса, он считается важным для бизнеса и СМИ наравне с английским и турецким.

Что касается других бывших республик СССР, то наш язык там постепенно сдает свои позиции. Он еще является официальным в Казахстане, Киргизии и в Абхазии. В Молдавии, Таджикистане и Узбекистане русский используется при оформлении некоторых документов. Из прибалтийских стран он еще в ходу в Латвии — преимущественно у бизнеса, журналистов, политиков. И его изучают в школах по желанию. Но интересно, что в этом году городская дума латвийского города Даугавпилса отказалась награждать 11 детей, которые в 2020-м стали призерами олимпиады по русскому языку, организованной Санкт-Петербургским государственным университетом.

Тем временем в Грузии молодежь русским уже практически не владеет, зато свободно говорит по-английски. С Украиной в связи с русским тоже все понятно — его права последние семь лет здесь сокращаются, а русскоязычные признаны национальным меньшинством.

Однако многие из тех стран, которые на словах и документально поддерживают наш язык, не подкрепляют их реальными делами.

Например, Астана мягко разворачивается от России в сторону тюркоязычных народов. С 2025 года казахи переходят с кириллицы на латиницу. Кроме того, поднял голову бытовой национализм. Из последних его проявлений сейчас набирает популярности специфический флешмоб. Молодые казахи собираются толпами и заставляют извиняться на видеокамеру тех, кто посмел говорить с ними на русском или сказал что-то хорошее о россиянах. Так, на одном из недавних видео пожилая женщина просит прощения у народа Казахстана за то, что… город Актау построили русские! На самом деле его строили всем Союзом, но не в этом суть.

Тем временем в Киргизии в последние годы участились языковые конфликты. Хотя президент страны Садыр Жапаров якобы хочет сохранить статус русского, к нему не всегда прислушиваются как известные государственные деятели, так и простые граждане. Так, генеральный прокурор Киргизии Курманкул Зулушев при каждом удобном случае старается проигнорировать русский на пресс-конференциях, заявляя, что киргизский является “самым высоким и почтительным языком”. А не так давно в сеть попало видео инцидента в Бишкеке, где посетитель одного из торгово-развлекательных центров города набросился на продавщицу, посмевшую заговорить с ним на русском. Хулигана символически наказали (месяц изолятора). А нашему министру иностранных дел Сергею Лаврову пообещали держать “курс на укрепление роли русского языка в интересах полноценного обеспечения прав русскоязычного населения”. Но все не так просто. Киргизским националистам удается постепенно продавливать свои идеи. Одна из последних — штрафовать за незнание государственного языка — пока только обсуждается. А вот в вузах страны знать киргизский уже обязательно: иначе не поступишь.

Курманкул Зулушев. Фото Kenesh.kg

— Безусловно глупо отрицать тот факт, что Россия сдает свои языковые позиции в постсоветских странах. И нам бы нужна политика “мягкой силы” — различные гранты на изучение русского языка и культуры, стипендии, экскурсии в нашу страну, конкурсы. Этого очень мало. Посмотрите на ту же Польшу, на Германию, США — там делают в разы больше в этом направлении, чем Россия, — отмечает политолог Олег Бондаренко.

По его словам, когда в бывших республиках СССР возникают конфликты на “русскоязычной почве” местные националисты приводят в пример судьбу национальных меньшинств в России. Мол, когда предпочтение отдается языку основного населения, другие просто исчезают.

Российский этноцид?

Согласно свежим данным медиацентра Всероссийской переписи населения, только четыре этноса в Российской Федерации сохраняют высокие показатели владения своим языком. Это русские, чеченцы, кабардинцы и якуты. При этом опрошенные называли языки, которыми свободно владеют. В десятке самых популярных — русский, английский, татарский, немецкий, чеченский, башкирский, украинский, чувашский, аварский, армянский.

Всего же в России  “бытует 151 язык” — это данные Федерального агентства по делам национальностей. Но за последние 150 лет в нашей стране исчезли 14 языков и тенденция для автохтонных народов неутешительная.

Федеральный закон “Об образовании” с 2018 года в России понизил статус государственных языков национальных республик. Их перестали в обязательном порядке преподавать в учебных заведениях. В 2021 году Кабмин РФ получил право утверждать нормы языков коренных малочисленных народов. Но их исчезновение новый закон вряд ли остановит, скорее, наоборот — ускорит.

— Министры так хорошо знают орфографию и пунктуацию, например, чукотского языка? — иронизирует лингвист и преподаватель чукотского языка Марина Гыргольчайвына. — Препятствовать исчезновению языков могло бы обязательное их изучение в школе (как с русского), а не статус факультативных предметов. И если бы добавили часы, отведенные на изучение родного языка. Сейчас это в лучшем случае — час в неделю. А так как предмет не обязательный, школьники особенно не стараются.

Тем временем Татарстан несколько лет последовательно демонстрирует борьбу за свой язык. В республике проживает более трех миллионов человек, но у нее нет своего вуза. Хотя многолетний глава региона Рустам Минниханов обещал соотечественникам национальный университет. Что интересно, для этого у Казани даже были средства в том самом 2018 году. Но Москва не разрешила. Такой вуз вскоре может и не понадобиться: в республике сокращается количество учителей, преподающих татарский язык. По данным министра образования Татарстана Рафиса Бурганова, ежегодно более тысячи учителей проходят переподготовку, чтобы обучать детей другим предметам.

Митинг в Казани в 2017 году. Фото kommersant.ru

Подобный подход в России — практически ко всем национальным республикам. Например, Саранск, столица Мордовии, не может добиться открытия гимназии с эрзянским языком обучения, хотя желающих более, чем достаточно.

Аналогичная ситуация — в Калмыкии. В этом году в Элисте прошел национальный съезд ойрат-калмыцкого народа. Делегаты практически единогласно обвинили местную и центральную власть в том, что они превратили Калмыкию в отсталый регион с плохими экономическими показателями. Что целенаправленно лишают народ республики материнского языка и национально-культурной идентичности.

На национальном съезде ойрат-калмыцкого народа 29 мая в Элисте. Фото informnapalm.org

Энтузиасты на марше

Когда государство отказывается что-то развивать и поддерживать, это делают обычные или не совсем обычные люди.

Так, американец Шон Куирк приехал в Кызыл 17 лет назад для того, чтобы изучать хоомей — тувинское горловое пение. Он встретил в Туве свою жену, с которой сейчас воспитывает пятерых детей. Этнический ансамбль “Алаш”, в котором американец стал менеджером, впервые в истории республики получил премию “Грэмми”. Шон Куирк — Заслуженный артист Тувы, именно он сегодня среди тех, кто развивает национальную культуру и язык. Но одновременно ратует за изучение русского и английского.

По словам американца, он не сталкивался с пренебрежительным отношением к себе со стороны “титульной нации” в России. А вот Маниже — российской певице таджикистанского происхождения — повезло меньше. Большую часть жизни она прожила в нашей стране “недославянкой”. Однако оскорбления на этнической почве, которые она регулярно получала, не сломили ее дух. Именно Манижа в этом году представляла нашу страну на Евровидении с песней “Русская женщина”.

Русский язык готовы нести на своих знаменах многие наши земляки различного происхождения. Но при этом крайне недальновидно игнорировать интересы автохтонных народов и преуменьшать значимость их языков. Власть, принявшая образовательный закон, не вечна. А конфликты и противоречия, которые он породил, могут стать причинами серьезных гражданских конфликтов в будущем.

Алла Шалахина

Предыдущая статьяПутин: Россия исчерпала лимит на революции
Следующая статьяВ Новосибирске две иномарки рухнули в яму с кипятком. Видео