Какие две беды неизбежно добавятся к дуракам и дорогам в России после войны

23
Фото: FreeImages.com Content License

Доля России на европейском рынке энергоносителей сократилась с прошлогодних 45% до 31% в нынешнем году.

Пока мы наблюдаем ужасы российского вторжения в Украину – ракетные удары по торговым центрам в Кременчуге и Виннице, ночные обстрелы жилых домов в Одесской области, ежедневные прилеты в Харькове, — в мире и самой России идут процессы, которые при всей наглядности далеко не очевидны в последствиях.

Даже обывателю понятны международные санкции, ключевые из которых – отказ от российских нефти и газа. Можно хмыкнуть, дескать, европейцам придется мерзнуть. Но Европа ищет и находит альтернативные источники, а вот для России перекрытие нефтегазопроводов куда более катастрофично в долгосрочной перспективе. И дело даже не в том, что все кормящиеся с «Газпрома» лишатся доходов, а в том, что РФ безвозвратно теряет рынок.

Другая беда, которая неизбежно придет в страну вместе с вернувшимися солдатами – разгул преступности на фоне жесточайшего экономического спада. Это закономерность наблюдалась не раз в послевоенных странах – об этом писал и Ремарк в своих романах, это видели в России после вывода войск из Афганистана и неудачной первой Чеченской кампании.

О том, что эти две беды наверняка постигнут РФ, рассказал Максим Кац, российский политический блогер и общественный деятель.

С нефтегазового рынка вслед за русским кораблем

Европейский союз – это 447 миллионов населения и ВВП в $18 триллионов, пятая часть мировой экономики. При этом Европа достаточно истощена в плане ископаемых ресурсов, в особенности энергоносителей. «Богатейшая» на нефть континентальная Румыния всего на 42-м месте в мировом списке добытчиков, «газовые» Нидерланды – на 27-м, а Норвегия с ее морскими вышками – лишь во втором десятке. Это означает, что Европа, с ее промышленной мощью и миллионами потребителей, никак не может обеспечивать себя нефтью и газом, и всегда в обозримом будущем будет их покупать. Вопрос только – у кого?

До спецоперации* и последовавших санкций из России импортировалась почти половина всего газа Европы, и почти треть всей потребляемой нефти. Это был краеугольный камень путинской уверенности, что ЕС не пойдет на отказ от российских энергоресурсов, даже когда ракеты начнут прилетать по украинским городам. Тем более неожиданной для Путина стала европейская солидарная (несмотря на отдельные страны, вроде Венгрии) позиция.

*Специальная операция, согласно Википедии, отличается от обычных военных операций по целям (разведка, саботаж, подрывная деятельность и тому подобное) и методам (повышенная секретность и скрытность). Военные спецоперации, как правило, проводятся силами специального назначения (разведывательными, диверсионными и так далее). Вооруженные силы РФ применяют на Украине артиллерию, танки, авиацию, ракетное оружие, регулярные армейские части и т.д. Таким образом, боевые действия на украинской территории нельзя назвать термином «специальная военная операция», поэтому наша редакция приняла решение называть происходящее войной.

Нынче РФ пытается шантажировать ЕС газом, уменьшая его поставки или отключая вовсе подачу якобы по техническим причинам. Где-то это даже сработало – Канада согласилась сделать «исключение» из санкций и передать «Газпрому» задержанную турбину Siemens. Безусловно, европейцев ждут несколько тяжелых лет, пока система адаптируется к новым реалиям. Но вступив в «газовую войну» с Европой, Россия тем самым «выстрелила себе в ногу», только ускорив диверсификацию рынка.

Читайте также: Газовая война с Европой: Путин открывает второй фронт.

Тот, кто придет вместо быкующего «Газпрома» – с танкерами, хранилищами и заводами сжиженного газа, как, например, Катар, а после и трубопроводами, получит в наследство огромный рынок, и останется на нем уже навсегда. Владимир Путин сделал королевский подарок, и этот пирог уже начали делить. Доля России по сравнению с прошлым годом уменьшилась с 45% до 31%, и эта разница, объемы, как и миллиарды долларов за них, никуда не испарились – их заработал кто-то другой.

«Газпром» уже оказался на грани дефолта из-за собственных же сокращений поставок. Нескончаемый и стабильный поток денег, которые раньше шли в Россию, иссякает. Да, тем, кто придет забрать себе этот поток, придется потрудиться. Но в том, что таких желающих, даже при всех грядущих издержках, найдется немало – не приходится сомневаться.

За внешней этической проблемой «как не финансировать войны» уже решается проблема сугубо коммерческая – как выдавить Россию с рынка. Кто, как и когда эту проблему решит – уже детали, но она точно будет решена. И это не пресловутое «Запад воюет с Россией на территории Украины», для чего РФ вынуждена была нанести «превентивный удар». Этот удар нанесла Россия сама себе, начав вторжение – до него она крепко держала Европу на нефтегазовом кукане.

Очевидно также и то, что переориентация рынка энергоресурсов – это билет в один конец. Без разницы, чем закончится конфликт на Украине, и какой будет в РФ политический режим, умрет ли Путин или его свергнет самый демократичный и либеральный вождь. Даже если все санкции отменят, новые поставщики будут защищать свои интересы, и вернуть «трубы» будет невозможно. Разве что начать Третью мировую за передел, но Россия и на спецоперации-то выдохлась.

Здравствуйте, новые «лихие 90-е»

Главный миф о Владимире Путине – что он «поднял Россию с колен». Теперь мы видим, что как поднял, так и уронил. Нужно быть бездарным менеджером, чтобы не предусмотреть риск потери миллиардного рынка. Второй миф – что с приходом Путина закончились «лихие 90-е».

На деле снижение преступности и беспредела произошло лишь к концу 2010-х годов, т. е. ко второму сроку «царя». И это вовсе не достижение отдельно России и российских властей, а часть мирового тренда The Great Crime Decline, который просто с опозданием докатился до нас. Уровень преступности снижался во всех развитых странах – с улучшением экономики и появлением новых технологий безопасности, средств видеонаблюдения и передачи информации.

Но россияне должны готовиться к тому, что ситуация вскоре поменяется в обратную сторону. На войне сейчас сотни тысяч молодых мужчин, чаще всего без толкового образования, из депрессивных регионов, без перспектив и понимания, чего они хотят в жизни. Сейчас они получают жуткий опыт – зверства в Буче и мародерство тому примеры.

Когда они вернутся домой, то столкнутся с равнодушием власти и общества. «Спецоперация» и сейчас далеко не «отечественная война», а после неизбежного поражения России про нее и вовсе постараются забыть, чтобы не преумножать позор власти. То есть лавры героев солдатам не светят, как и льготы и компенсации, которые уже и сейчас задерживают месяцами или даже отбирают. Инвалидам будет особенно тяжело в среде, совершенно неприспособленной для людей с ограниченными возможностями.

И тогда у этих парней, которые ничего не умеют, кроме как убивать и грабить, после закрытия из-за санкций последних заводов  в провинциальных городках, не останется иного выбора, как объединяться друг с другом, чтобы отбирать силой свой «кусок хлеба». Без запчастей на авто – возрастет количество угонов машин на разборку. Квартиры будут «бомбить», чтобы вынести импортный телевизор или даже микроволновку и миксер, потому что их не станет на рынке.

Сыграет также и то, что неизбежность наказания будет снижаться – ведь режим уже сейчас более озабочен охраной самого себя: все эти дела «о фейках» и показательные суровые приговоры за антивоенные (а по сути – антипрезидентские) плакаты и посты. И тогда из «классической», уголовной преступности вырастет терроризм и реальное противостояние власти: сначала до «фавел», которые не контролируются полицией, затем – до восстаний и анархии.

Эти последствия – утрата рынка энергоресурсов и рост криминала – ждут нас в любом случае, даже если война закончится завтра, но их тяжесть и объем с каждым днем растут. На другой чаше весов, где должны быть аргументы «зачем мы это готовы терпеть» – ничего. Русских на Донбассе убивают даже больше, чем украинцев, если считать принудительно мобилизованных, их города сравнивает с землей российская артиллерия и авиация, и восстановить нет сил ни у каких ДНР и ЛНР. НАТО подобралось ближе, чем если бы туда приняли Украину. Авторитет России в мире упал ниже плинтуса, а от россиян шарахаются уже на бытовом уровне. Мы даже космос можем потерять — и действительно провидческими станут знаменитое граффити в Звездном и трек: «Юра, прости нас, мы все про.бали».

Предыдущая статьяАвтоВАЗу не хватает компонентов для Lada Duster из-за санкций
Следующая статьяНидерланды призвали создать международный трибунал по военным преступлениям на Украине